лев васильевич черненко

20 ноября секретарю Союза журналистов Москвы Льву Черненко исполнилось 75 лет

Он закончил Ростовский госуниверситет и Академию общественных наук при ЦК КПСС. В журналистике Лев работает свыше 50 лет и прошел все ступени от стажера до главного редактора, от региональной до центральной прессы. В его творческой биографии — ведущие СМИ страны — «Комсомольская правда», ТАСС, газета Правительства РФ «Российские вести», аппарат Совмина СССР и газета «Правительственный вестник». За участие в создании новой демократической прессы Лев Черненко награжден Орденом Почета. Он является заслуженным работником культуры РФ, лауреатом премии Союза журналистов СССР 1986 года и лауреатом премии города Москвы в области журналистики (2004 г.). В течение 25 лет Лев Черненко — на руководящих должностях в столичной прессе и в Союзе журналистов Москвы.

За рассветом — на край света

Трест «Арктикуголь» на Шпицбергене, Мурманск, Магадан и Камчатка — именно эти весьма отдаленные от южного Ростова-на-Дону территории выпускник отделения журналистики университета Лев Черненко рассматривал в качестве мест будущей работы.

Ответ на свои обращения он получил только с далекой Камчатки, из газеты «Камчатский комсомолец», где согласились принять начинающего журналиста. Это было то, что надо. Лев как раз и хотел испытать себя в совершенно непривычных условиях, в экстремальной ситуации. Предстояло преодолеть массу сложностей. Камчатка в то время была закрытой погранзоной, куда нужен был особый пропуск. Но его временная прописка в Ростове уже закончилась, а без прописки пропуск не выдавали. В конце концов, молодому специалисту пошли на встречу и разрешение оформили. На поезде «Тихий Дон» Лев отправился в Москву. В аэропорту «Домодедово» билет на самолет до Петропавловска Камчатского стоил целых 187 рублей. Чтобы собрать эту сумму, еще в Ростове Лев многие свои вещи, в том числе и зимние, сдал в ломбард, без надежды вернуть.

Рейс на Камчатку задерживался до утра. В зале ожидания мест не было, пришлось расположиться на полянке в лесополосе. Утром наконец-то объявили регистрацию на рейс. Лететь до Хабаровска предстояло на турбовинтовом Ту-114, а дальше ждать рейса на Петропавловск на ИЛ-18.

Соседом Льва в самолете оказался земляк-ростовчанин, который теперь работал в Москве, в министерстве, курировал строительство элеваторов. Дело в том, что раньше на Камчатке не было элеватора. Степной небоскреб на берегу океана действительно представить сложно. Его построили, загрузили зерном, но что-то пошло не так и зерно пропало. Разобраться с этим делом и должен был специалист из Москвы. Когда прилетели в Петропавловск, новый знакомый помог Льву заселиться в гостиницу «Авача» и показал, где находится редакция газеты «Камчатский комсомолец». Был выходной день, но главный редактор Павел Козлов был на месте и принял молодого журналиста очень хорошо. Потом были знакомство с коллегами и первые задания. Как вспоминает Лев Черненко, главным делом для него стало расследование ситуации с элеватором, в которое посвятил его земляк-ростовчанин. В результате его дебютом в газете стал уникальный материал-расследование «Степной небоскреб на берегу океана» о причинах, приведших к потере сотен тонн зерна с комментариями ведущего специалиста из министерства. Этот материал отметили даже в обкоме.

Сложность была в том, что вызов Льву прислали, но ставки в редакции не было. Он получал только гонорары, которых не хватало даже на оплату гостиницы. И тогда Льву предложили пойти в море на плавбазе. Предстояло работать рыбообработчиком и собирать материал для газеты. Так он отправился в длительную командировку на новенькую плавбазу «Советская Бурятия» польской постройки. Это целый плавучий завод, большое судно водоизмещением 25 тысяч тонн с экипажем 250 человек.

Когда из Авачинской бухты вышли в море, началась качка. «И ты понимаешь, что тебя и сегодня будет тошнить, и завтра, и никуда ты отсюда не денешься», — вспоминает Лев. Но оказалось, что худые легче переносят качку и через некоторое время он приспособился.

Результатом этой командировки стала серия материалов «Подводное течение». Это течение не обозначено на морских картах, это о текучке кадров на флоте. В ее причинах и разбирался журналист.

После возвращения из рейса в редакции появилась вакансия библиотекаря. Потом освободилась ставка завхоза и, наконец, Лев стал штатным корреспондентом.

Именно Камчатка дала Льву Черненко творческий толчок, открыла новые темы и горизонты. Он отправлялся в экспедиции с геологами, писал о лесорубах, об оленеводах, о вулканологах. Вел репортажи об извержении побочного кратера вулкана Ключевская сопка и вулкана Толбачика. В своих материалах он рассказывал об удивительных людях этого прекрасного и яростного края, таких, как Михаил Угрин, который в селе Мильково воссоздал Камчатский острог и построил по всем канонам древнерусского зодчества музей в виде бутона распускающегося цветка. Одним из экспонатов стал найденный краеведом медный колокол, отлитый на Камчатке из местной руды. Угрин нашел тропу под названием «Рудная» и вышел к месту древнего рудника. Из добытой там руды были отлиты медные медали в честь 220-летия выхода в свет книги Крашенинникова «Описание земли Камчатской». Исследования краеведа помогли геологам открыть крупное месторождение меди.

Соединяя пространство и время

С 1978 года Лев Черненко работал в «Комсомольской правде». Он был стажером, затем корреспондентом отдела рабочей молодежи. Ездил в командировки на Всесоюзные комсомольские ударные стройки, в том числе и на БАМ.

С отрядом имени 25-летия целины Лев Черненко отправился в Тобольск, на строительство нефтехимического комплекса. В пути он близко познакомился с бойцами отряда. А еще решил рассказать о машинистах Транссиба. От Свердловска до Тюмени он проехал в кабине тепловоза и открыл удивительную особенность этого участка пути. Здесь самая протяженная железнодорожная магистраль мира отсчитывает километры, равнозначные цифрам текущих годов. Вот промелькнул за окном 1970-й километр. Это год, когда машинист поступил в железнодорожный техникум. 1980 км — рождение сына. И так все даты, все события его жизни были связаны с дорогой. Ведь дорога — это жизнь, словно здесь соединились пространство и время. Это было очень интересно и романтично. И потом, почти каждый знаковый год, Лев Черненко или сам отправлялся на Транссиб или давал задание собкору. Так появился новогодний репортаж с 1991-го километра, который находится у границы поселка Пышма. Путевой обходчик, хозяин участка с табличкой «1991» рассказывал, как в Новый год он будет встречать здесь сверкающий огнями как новогодняя елка скорый поезд «Россия»…

В «Комсомолке» была особая атмосфера. Полуночные дежурства в типографии, планерки в Голубом зале и капустники в Белом зале, поездки за новогодними елками в Михнево…

Уходящая вдаль зеленая дорожка, обрамленная снизу огнями, напоминала взлетную полосу. Легендарный шестой этаж знаменитого дома на улице Правды, 24 и в самом деле был взлетной полосой для молодых журналистов, которые обретали мастерство, работая бок о бок с золотыми перьями. В отличие от духа «Анкориджа», дух шестого этажа воистину был реальной субстанцией. Сегодня мы знаем, что здание на улице Правды, 24 возрождается. Есть какой-то великолепный проект. Но что будет?  Очередной бизнес-центр! Здесь будут вершиться сделки. И какие бы аутентичные интерьеры не воссоздавались, творческий дух, особую атмосферу редакции это не даст. А самой легендарной редакцией в этом здании была, конечно же, «Комсомолка». Так, может быть, бизнесмены оставят хотя бы один этаж — шестой — для редакции, более ста лет хранящей традиции? Вот только тогда реконструкция достигнет своей самой высокой цели.

Журналистский десант на место катастрофы

пропуск в чернобыльскую зону

— В 1986 году я работал заведующим редакцией науки ТАСС. Вместе с моим другом и коллегой Владимиром Иткиным мы занимались разработкой прежде закрытых тем, связанным с  историей создания советской атомной бомбы, с ядерными испытаниями, с исследованиями ученых из Объединенного института ядерных исследований в Дубне и уничтожением химического оружия. Целый ряд материалов на эти темы мы опубликовали на ленте агентства, в газетах «Правда» и «Советская Россия», в журналах «Огонек» и «Спутник». Так, мы вели репортаж из Центральной сейсмической обсерватории страны в Обнинске, которая 22 марта 1986 года зафиксировала произведенный на полигоне в Неваде ядерный взрыв, оставивший характерный автограф на сейсмограмме. Цель — доказать, что подземные ядерные взрывы не скрыть, и их можно фиксировать национальными сейсмическими средствами, что отрицали в США, оправдывая нежелание прекратить подземные ядерные испытания.

И вот 26 апреля на лентах западных информационных агентств появляются сообщения о взрыве, произошедшем на Чернобыльской АЭС. Мы выразили готовность отправиться на место катастрофы и рассказать о случившемся. Видимо, с аналогичными предложениями обратились и другие центральные СМИ. И вот 2 мая нас вызывали в ЦК КПСС к секретарю ЦК Александру Яковлеву и сообщили, что решением Политбюро ЦК нас направляют в Чернобыль. В составе первого журналистского десанта были Владимир Губарев из «Правды», Андрей Иллеш из «Известий», Николай Долгополов из «Комсомольской правды», Александр Крутов и Евгений Шматриков с Центрального телевидения и трое тассовцев  — Владимир Иткин, фотокорреспондент Валерий Зуфаров и я.

В Киеве нас поселили в гостинице ЦК Компартии Украины «Жовтневой» («Октябрьской»). А на следующий день мы отправились на Чернобыльскую АЭС. Дорога в 160 километров казалась очень долгой. Стояла жаркая для мая погода, черная «Волга» нагревалась, а окна не откроешь — пыль могла быть радиоактивной.

Мы доехали до поселка Иванков, а дальше, уже в «грязной» зоне, добирались до Чернобыля, маленького городка на берегу Киевского моря, а оттуда — до города атомщиков Припять. Население этих городов уже было эвакуировано. Пятидесятитысячный город Припять стоял пустым. На балконах висело белье, сушилась рыба. В песочнице были разбросаны детские игрушки. Это была какая-то совершенно нереальная картина. Казалось, люди скоро вернуться. Но им не суждено было этого сделать никогда.

И вот Чернобыльская АЭС, труба разрушенного 4-го блока, во рту — стойкий металлический привкус. Это радиоактивный изотоп — йод-131. Чтобы он не попал в щитовидку, нам давали крупные коричневые таблетки йодистого калия. Потом рассказывали, что прослышав про это, но, не имея таких таблеток, некоторые люди пили йод и обжигали себе пищевод.

Мы взяли интервью у работников станции, у ликвидаторов, военных и ученых. Рассказали об отваге пожарных, которые первыми вступили в борьбу с огнем, с ядерным пожаром и радиацией. Многих из них уже отправили в Москву в спецбольницу, где лечат облученных. Военные в костюмах химзащиты вели дезактивацию. Над поврежденным реактором вертолеты, выстраиваясь в карусель, сбрасывали в огненное жерло мешки с песком, доломит и свинец, снижались до 200 метров, но и на этой высоте получали лучевой удар, температура доходила до 200 градусов, а приборы зашкаливали.

В какой-то момент под тяжестью сброшенного груза и под воздействием огромной температуры в жерле реактора, его дно стало проседать. А под реактором находился бассейн-барбатёр. Значит, раскаленная радиоактивная масса могла рухнуть в воду и произошел бы взрыв, более разрушительный чем первый с огромным выбросом радиоактивных материалов. Надо было в условиях большой радиации проникнуть в барбатёр, найти заслонки, открыть их, подключить шланги и выкачать воду, чтобы потом залить туда бетон. Было несколько групп добровольцев. И только одной из них, ценой огромного риска, удалось осуществить задуманное и предотвратить возможный взрыв. Это был кульминационный момент ликвидации аварии, после которого роковая опасность миновала.

В один из полетов над четвертым блоком вертолетчики по просьбе ученых взяли нашего фотокорреспондента Валерия Зуфарова. Он сделал снимки, которые помогли специалистам определить состояние поврежденного реактора. Снимая, Валерий получил серьезную дозу радиации, что потом сказалось на его здоровье.

На обратном пути в Иванков мы увидели огромное кладбище техники. Грузовики, автобусы, трактора, краны, «Жигули», «Волги» и даже «Чайки». Да, некоторые начальники приехали сюда на «Чайках» и здесь их пришлось бросить — наведенная радиация.

Останавливаясь в Иванкове, мы жили в пионерском лагере. Приезжали, затем садились писать и отправляли материалы через РАТАУ — Радиотелеграфное агентство Украины. Раньше завизировать подобный материал в Главлите было целое дело, а теперь это нас не волновало. И действительно, репортажи практически без правки быстро попадали на ленту агентства.

Надо честно признаться, мы писали в основном о героизме пожарных, ликвидаторов и вертолетчиков. О причинах аварии, о масштабах ее последствий, ничего не знали. Об этом станет известно значительно позже…

Мы работали в зоне почти месяц. Затем нас направили на Запорожскую атомную станцию, где, как нам сказали, слишком неласково встретили переведенных на ЗАЭС бывших работников из Чернобыля. Мол, надо разобраться. А уже из Запорожья мы вернулись в Москву. Но мне пришлось еще несколько раз побывать в Чернобыле и в пострадавших районах Белоруссии.

Ликвидировали аварию всей страной. Через Чернобыль прошли 600 тысяч человек из всех республик и областей. Также всей страной мы строили ДнепроГЭС, Харьковский тракторный, воссоздавали Крещатик и Донбасс. И никому не приходило в голову, что здесь, на этой благословленной земле появится Укрорейх, который станет экзистенциальной угрозой нашей безопасности.

Я часто вспоминаю эту, казалось бы, бесконечную дорогу от ЧАЭС до Киева. Припять, Чернобыль, Иванков, Ирпень, Бородянка… И вот с февраля 2022 года названия этих населенных пунктов стали упоминаться в военных сводках со Специальной военной операции. Наши войска заходили из Белоруссии через зону отчуждения по тому же маршруту, но теперь с боями. Дошли до Гостомеля, до Киева оставалось рукой подать. Дойдем и еще раз! Победа будет за нами!

Координаты судьбы

Закрытых тем становится меньше

В Союз журналистов Лев Черненко вступил в 1986 году после присуждения ему премии Союза журналистов СССР. Его избрали секретарем журналистской организации ТАСС — одной из самых больших в стране и назначили  заместителем главного редактора Главной редакции союзной информации ТАСС. На этой должности он стал инициатором подготовки серии материалов по проблемам международной безопасности. Это были темы, которые в советской печати освещались впервые — репортажи с горячей линии Кремль-Белый дом, созданной после Карибского кризиса. После объявления СССР моратория на проведение подземных ядерных испытаний Лев Черненко был одним из инициаторов поездки группы журналистов на Семипалатинский ядерный полигон и в Военно-химический центр в Шиханах, где отрабатывались технологии уничтожения химического оружия.

В 1988 году Лев Черненко и Владимир Иткин стали участниками перелета на самолете Ан-124 «Руслан» по маршруту Москва-Ташкент-Карачи-Сингапур-Сидней для участия в авиасалоне на базе Ричмонд. Огромный советский самолет стал сенсацией авиасалона. Совместно с собкором «Правды» в Австралии Алексеем Ивкиным был подготовлен материал, в котором ставился вопрос о необходимости проведения в нашей стране авиасалона в Жуковском, что вскоре и было осуществлено.

Москва: взгляд с высоты

москва с высоты птичьего полёта

Работая в столичной прессе, Лев Черненко стал одним из авторов уникального международного проекта с участием России, Сербии и Франции по фотосъемке столицы с борта вертолета. В результате впервые был создан фотоальбом «Москва: взгляд с высоты» о крупнейшем городе мира, включающий только снимки, сделанные с высоты птичьего полета. Одни и те же точки столицы снимались в начале 90-х годов и в 2002 году. Сравнивая фотографии, сделанные с разницей в десять лет, вы можете увидеть, как изменилась Москва. Все это наглядно показывают представленные в фотоальбоме снимки знаменитого фоторепортера Властимира Шоне, который был главой московского бюро французского фотоагентства «Гамма». Вы увидите высохшую чашу бассейна «Москва» и возрожденный на этом месте прекрасный храм Христа Спасителя, мемориал на Поклонной горе, начало строительства Москва-Сити, Третье транспортное кольцо и другие знаковые объекты. Этот фотоальбом был представлен на 25-м Международном книжном салоне в Париже.

Залог творческого долголетия

Лев Черненко — член Президиума Союза журналистов Москвы. Он принимал участие в проведении фестивалей столичной прессы и других мероприятий СЖМ. С момента старта проекта Мэра «Московское долголетие» в 2018 году, СЖМ, в рядах которого более 8000 ветеранов журналистики, выступил с инициативой издания одноименной газеты, которая была поддержана Департаментом труда и социальной защиты населения города Москвы. Руководителем инициативной группы был Лев Черненко, который с учетом современных трендов разработал концепцию и дизайн-макет нового издания, подобрал кадры из числа журналистов старшего поколения, сформировал авторский актив из числа авторитетных экспертов. Учредителем новой газеты, направленной на продвижение социально значимого проекта Мэра стал Союз журналистов Москвы, а главным редактором — Лев Черненко. Это издание обеспечивало информационное сопровождение всех этапов развития проекта, способствовало привлечению новых участников, являясь для них объединяющим каналом коммуникации и обратной связи.

Газета «Московское долголетие» при финансовой поддержке Департамента труда и социальной защиты населения города Москвы издавалась с 2018 по 2024 годы. Лев Черненко также был инициатором проведения литературного конкурса среди читателей о Москве и стал редактором и составителем сборника «Москва долголетняя», изданного по его итогам.

Записала Наталья Черненко

 

 

Союз журналистов Москвы является победителем Конкурса Грантов Мэра Москвы в 2025 г.
Интернет-сайт работает при поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций РФ.
Интернет-сайт зарегистрирован в Федеральной службе по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия 29 сентября 2006 г.
Свидетельство о регистрации Эл № ФС77-25832.
Учредитель: Общественная организация «Союз журналистов Москвы».

Яндекс.Метрика
QR Code Business Card
Мы используем cookie-файлы для представления сайта. Продолжая использовать этот сайт, вы соглашаетесь с использованием cookie-файлов.
Принять
Отказаться