«Телевизионный текст интимен — мы не прячемся за буквами, мы говорим напрямую»
Анастасия Черникова — киножурналист, киноблогер, выпускница журфака МГУ, шеф-редактор телеканала «Моховая, 9», внештатный корреспондент телепрограммы «Индустрия кино». В интервью для сайта Школы журналистики имени Владимира Мезенцева при Центральном доме журналиста рассказала о том, как начать карьерный путь в журналистике, чем занимаются киножурналисты, а также поделилась рецептом хорошего телевизионного текста.
— Как сделать первые шаги в профессии журналиста, если нет опыта?
— Важно ваше упорство и желание пробиться и попасть в профессию. Первая ступень в карьерной лестнице журналиста — практика. Эти две недели или месяц помогают понять, что это за профессия, как она устроена, нравится ли направление. Студенческая практика — это демоверсия взрослой жизни, она помогает определиться куда и как хочется двигаться. Также на стажировке есть возможность зарекомендовать себя и впоследствии получить предложение на должность в компании или продолжение практики. А если у юного журналиста есть место мечты, то он находит любые контакты, осаждает, говорит, что хочет работать, просит взять на практику. Часто таких ребят берут сначала на стажировки, а потом приглашают работать. Поначалу мир журналистики кажется недосягаемым, но все гораздо ближе. Труд и упорство проложат дорогу в профессию.
— Как Вы начали путь в ТАСС?
— Когда я училась на журфаке, один преподаватель сказал нам, что работа в информационном агентстве — лучшая школа профессии. Человек, который работал в информационном агентстве, не боится ничего, знает, как выбраться из любой ситуации, как работать в режиме нон-стопа. Специалисту, который побывал в этой сфере, уже не страшны никакие невзгоды. Поэтому, когда поступило предложение — меня позвали поработать в ТАСС, — я подумала: почему бы не попробовать и не пройти эту школу жизни. И действительно, это абсолютно новая среда. Например, когда приходит рассылка с мероприятием, ты должен написать новость за полчаса и быстро опубликовать, иначе это сделают другие агентства, и лавры первенства достанутся им. Я согласна с преподавателем: после работы в информационном агентстве половина всех навыков, необходимых в профессии, будет вам известна и понятна.
Странно, если после ошибки вы упорно делаете вид, что всё в порядке
— Какие навыки, приобретенные на журфаке МГУ, действительно пригодились в профессии, а какие оказались бесполезными?
— Все навыки бесполезны до тех пор, пока они находятся только в теории, и все навыки полезны, как только вы переходите к практике. Когда сидишь на паре и тебе рассказывают, что интервью надо брать так, со спикером нужно говорить так, а в кадре стоять так, думаешь, что ты профессионал, всё знаешь и умеешь. Но как только встаёшь перед камерой, приходишь на первое интервью, общаешься с серьёзным человеком — всё, что казалось в теории базовым и ненужным, оказывается полезным на практике. А элементарные, как ты раньше думал, вещи ощущаются по-другому. Правильно говорят, что любой вуз даст тебе столько, сколько ты возьмёшь. А брать надо по максимуму и потом применять в профессии.
С первого раза не получится встать перед камерой и сделать как по инструкции. Вы в любом случае совершите ошибки, впервые увидите себя в эфире и подумаете: «Я правда так машу рукой? Я действительно каждый раз говорю «угу» после каждой реплики человека, который со мной общается? Мне же говорили, что так делать не нужно». И когда пересмотришь свои материалы в десятый раз и подметишь эти моменты, начнёшь над ними работать.
— Случались ли с Вами курьёзные случаи, которые Вы до сих пор вспоминаете с улыбкой?
— Курьёзов было много. Когда только начинаешь, на тебя наваливается огромное количество информации о людях — коллеги знают их в лицо, а ты нет. Умение узнать человека по фото в толпе приходит только со временем. Однажды на фестивале «RT.Док: Время наших героев» я ждала режиссёра для интервью. Поворачиваюсь — все коллеги берут комментарий у какого-то мужчины. Я в панике: неужели это мой спикер? Подхожу, задаю вопрос. На меня оборачиваются, смотрят недоуменно. Мужчина тоже поворачивается и говорит: «Девушка, я не режиссёр, я блогер». В тот момент хотелось провалиться сквозь землю. Сейчас, конечно, смешно. Это абсолютно нормально — кого-то не узнать.
Я всегда говорю студентам: ошибаться — нормально. Странно, если после ошибки вы упорно делаете вид, что всё в порядке. Особенно в прямом эфире. Если оговорились или произошёл технический сбой, гораздо лучше признать это, чем пытаться сохранять невозмутимость. Для зрителя важно понимать, что ведущий — такой же человек, как он сам. Доверительные отношения выстраиваются через эту человечность. Актёру, который переживает на интервью, можно сказать: «Я тоже волнуюсь». Это располагает и говорит о профессионализме.
— Как Вы переключаетесь между новостным режимом и аналитическим?
— Должно быть понимание форматов. Если я делаю репортаж для телевидения с премьеры фильма, я понимаю, что готовлю телевизионный текст, и писать его необходимо по технологии и формату конкретных передач или канала. Работая над текстом для портала или платформы, я осознаю, что у печатного материала есть свои особенности. Снимаю видео для моего блога в TikTok или пишу пост в Telegram, отпускаю клише и технологии для других программ — делаю так, как хотелось бы мне. Важно понимать, что, на каждом месте работы есть свои правила производства. Здесь речь не о переключении, а об осознании того, что в разных форматах нужно использовать разную лексику.
Киножурналистика
— Чем отличается киножурналистика от кинокритики?
— Миссия журналиста — донести информацию: что случилось, когда, где, почему. Он рассказывает: состоялась премьера фильма, пришли такие-то гости, они поделились впечатлениями, актёры прокомментировали фильм так.
Кинокритика — это анализ: поиск смыслов, мыслей автора, сравнение контекстов, погружение в бэкграунд, биографию режиссёра и его авторский стиль. Это две разные стези — одна информирует, другая анализирует. Но можно совмещать два формата: например, киножурналист, который ведёт авторскую колонку. Сегодня размываются границы этих понятий, каждый может назвать себя киножурналистом, киноблогером или кинокритиком. Однако не каждый человек таковым является. Это вопрос образования и умения работать по стандартам.
— Что важнее для киножурналиста: личное мнение или умение брать интервью?
— Киножурналист сообщает факты непредвзято, нейтрально, рассказывает новости, ему гораздо важнее взять комментарии, пообщаться с режиссёром, актёрами и зрителями — дать разнообразие мнений. А своё мнение мы выражаем либо в авторской колонке, авторской передаче или в блоге.
— Какими навыками должен обладать каждый киножурналист в обязательном порядке?
— Я считаю, что нет определённых навыков, характерных только киножурналистам, которые неприменимы к журналистам других сфер. Каждый должен обладать базовым пониманием профессии. Дальше, когда уходишь в конкретную сферу, уже погружаешься в её специфику. Если это киножурналистика — необходимо смотреть кино. Важно понимать, что показывают в кинотеатрах, какие фильмы понравились зрителям, какие нет, какие картины номинированы на премии. Если интересна сфера, нужно знать о ней всё.
— Блогеры-обозреватели вытеснят штатных журналистов?
— Думаю, нет. Всё-таки суть журналистов в определённых стандартах. Они составляют каркас информации, которую потом поставляется читателям и зрителям, и без них действительно всё развалится. Киноблогеры выполняют другую функцию — высказывают личное мнение. Они могут рассказывать факты, подавать информацию с технической точки зрения, предоставлять цифры, но чаще их работа строится на мнении. СМИ доносят информацию, выдают голые факты. Киноблогеры никуда не денутся, их станет больше, но этот мыльный пузырь рано или поздно лопнет. Многие говорят, что эти бесконечные люди, которые рассказывают что-то с экспертным видом, им надоели. К тому же, раскрутиться сейчас гораздо сложнее.
Поступайте так, как велит сердце или разум, если вы готовы к последствиям
— Что Вы никогда не спросите у актёра, даже если очень хочется?
— Когда я проходила курс по основам журналистики, мы много говорили об интервью и этике. Обсуждали ситуацию: вы задали вопросы, взяли интервью, а после согласования герой просит вырезать все острые и интересные места. Здесь вступает не всеобщая мораль, а ваша личная совесть и внутренние правила.
В профессии есть примеры, когда журналисты публиковали то, что гости просили не публиковать, или крали эксклюзивы у редакций, выкладывая их в своих блогах и начиная сольную карьеру. Бывало и обратное: журналист видел, что герой не в себе или сказал лишнее, и спокойно убирал этот фрагмент.
Вопрос в том, что люди бывают разными, и у каждого своя правда и свои цели. Если вы готовы к последствиям — поступайте так, как велит сердце или разум. Но важно понимать: любое действие влечёт последствия. Сегодня вы обманули — завтра вам не дадут интервью, послезавтра не возьмут в редакцию из-за репутации. Сегодня вы стали звездой дня, а завтра превратились в опального журналиста.
Нам говорят: не нужно идти на поводу у героя, но если просят вырезать — вырежьте, если просят отправить на согласование — отправьте. Если сказали: «Я тут ляпнул лишнее, давай подрежем» — подрежьте. Не пытайтесь перепродать эксклюзив в другую редакцию или присвоить себе. Это может стоить вам карьеры.
— Как Вы поступаете, если звезда даёт шаблонные ответы и закрывается?
— Нужно в хорошем смысле додавить. Часто медийные личности отвечают просто, неразвернуто, и становится понятно, что такой комментарий вы не сможете использовать. В такие моменты важно не отпускать этого человека, а постараться разговорить его, атакуя вопросами. Нормально получить скомканный ответ на первые два вопроса, потом герой разговорится, у него поменяется настроение, или вы попадёте в тему, которая действительно волнует его. Также важна подготовка. Например, чтобы расположить к себе человека, можно сделать комплимент, похвалить его работу, это приятно услышать каждому. Важно проявлять человечность.
— Как текст для печати превратить в текст для живого выступления в кадре?
— Текст для печати и для телевидения — это два кардинально разных текста. Они строятся и пишутся по разным правилам. Письменную речь мы воспринимаем глазами, а телевизионный текст ушами, поэтому необходимо придерживаться ряда критериев при написании. Как мы говорим, так и пишем телевизионный текст: короткие предложения без составных конструкций, причастных и деепричастных оборотов, сложных вводных слов. Слова должны быть подобраны так, чтобы они благозвучно воспринимались на слух, аббревиатуры расшифрованы. Если в словах много согласных, то эти слова заменяются, либо не ставятся рядом, чтобы зрителю или слушателю была понятна речь.
В тексте для печати можно разгуляться: наставить сложных знаков препинания, внести скобки, необычные конструкции, сделать предложение на страницу. Почему нельзя так сделать с телевизионным текстом? Вы не сможете его хорошо озвучить.
Кроме того, необходимо учитывать стилистику конкретной редакции. Слова, конструкции, обороты, которые используют на Муз-ТВ, не подходят для Матч ТВ или Культуры. У каждого канала есть целевая аудитория, и стилистику текстов подстраивают под неё.
В журналистике важно быть смелым
— Расскажете об ошибках новичков, которые убивают материал?
— Любой журналистский материал убивает стеснение. Постеснялись уточнить редакционное задание, переспросить, подойти к человеку и взять у него интервью, попросить переговорить и в итоге не взяли в монтаж. Стеснение урезает ваши возможности и красоту материала. Нормально сказать человеку: «Знаете, Вы хорошо сказали, давайте мы это вместим в более короткий формат. Давайте переговорим». Так материал, который нельзя было брать в репортаж из-за длинного хронометража, превращается в отличный комментарий.
Важно иметь хороший фундамент знаний и навыков, но, если не умеете работать с людьми, это сразу убивает половину информации, которую вы могли получить. В журналистике важно быть смелым. Это не природный дар. Мы все боимся — это нормально, но нужно учиться сильно зажмуриваться и делать. Глаза боятся, руки делают.
— Над чем стоит поработать перед первой работой в кадре?
— Работа в кадре — это две вещи: как вы выглядите и как звучите. Самый простой способ подготовки — записывать себя на видео каждый день по 1-2 минуты. Рассказывайте о своём дне: с кем встретились, куда ходили, что ели. Это поможет увидеть себя со стороны и заметить всё, что требует коррекции: тики, жестикуляция, наклон головы, дикция, темп и громкость речи.
Например, если я заметила, что слишком энергично жестикулирую левой рукой и усиленно киваю во время интервью, то я слежу за этим. Даже с опытом работа перед камерой остаётся некомфортной. Новая команда, незнакомые люди — это всегда давит на психику. Можно быть суперпрофессионалом, но дестабилизация неизбежна, что нормально.
Голос — главный инструмент тележурналиста. Мы приходим в дома зрителей и общаемся с ними тет-а-тет. Телевизионный текст интимен — мы не прячемся за буквами, мы говорим напрямую.
— Боязнь публичных выступлений и камер — это приговор для начинающего тележурналиста?
— Любой актёр волнуется перед выходом на сцену, любой журналист — перед важным спикером. Как только вы перестаёте переживать — вы перестаёте быть профессионалом. Невозможно гореть профессией, быть неравнодушным к своему делу, но при этом не испытывать никаких эмоций. Волнение и страх — признаки того, что вам не всё равно.
У меня был случай: я уже работала на телевидении несколько лет. Ведущий программы сказал мне: «Настя, тебе нужно взять комментарий у Константина Эрнста». Легко сказать, но на тот момент Эрнст даже не выходил к журналистам. Я решила ловить его прямо на лестнице с сцены после представления фильма. Я подбежала, руки трясутся, глаза в пол-лица. Я боялась, что он откажет, нагрубит или просто проигнорирует. Но я понимала: если страшно — значит, я не выгорела, мне важно, чтобы получилось хорошо. Страх должен подстёгивать, а не тормозить. Если душа уходит в пятки, вы каменеете, а спикер проходит мимо — это проблема. Волшебной таблетки нет. Нужно просто перебарывать себя, подходить и действовать, даже когда страшно.
Сейчас в соцсетях популярен тренд «Получить 10 отказов за день». Для журналиста это идеальный тренинг. Нам отказывают везде: в интервью, в аккредитации. Со временем вырабатывается иммунитет. Да и оказывается, многие готовы помочь, а отказ — это не страшно. Когда одна дверь закрылась — обязательно откроется другая.