В уютной кухне цхинвальской квартиры разворачивается обычная семейная картина. Бабушка Аза, поправляя платок, размеренно рассказывает внучке Алане сказку на певучем осетинском языке. Её голос звучит словно из другого времени.
Мама Аланы, Марина, готовит ужин и комментирует происходящее: «Алана, мæ зардæ (моя дорогая), убери со стола…», а отец семейства, Алан, только что закончил рабочий видеозвонок с московскими коллегами на безупречном русском и несколько отстранен от происходящего…
Алана садится за письменный стол, готовит домашние задания: изучает математические термины и правила грамматики – все это только на русском.
Эта семейная сцена – живая картина языковой реальности современной Осетии. В ней нет открытого конфликта, но есть тихое, почти невидимое напряжение — экзистенциальное двуязычие: осетинский и русский. Каждый из языков прочно занял свою «крепость», но осетинский бастион постепенно, день за днём, сдаёт позиции под натиском глобализации, образования и цифрового мира.
В современной Осетии как на севере, так и на юге, сложилась уникальная языковая ситуация, характеризующаяся повсеместным двуязычием (билингвизмом). Однако, совершенно очевидно, что в городской среде доминирует русский язык. Во многих семьях русский стал основным языком общения.
Два мира — два шага
Язык является не просто сред-ством общения. В языке хранятся скрытые коды истории, культуры и самосознания народа. В Осетии исторически сложилось двуязычие. Мощный пласт национальной культуры, эпоса, традиционного уклада поддерживается осетинским языком. Глобальные связи, наука, стратегическое партнерство с Россией происходят на русском.
Однако в наше время все чаще заметно нарушение устоявшегося баланса. Русский язык перестал быть лишь «окном в мир», молодые осетины все чаще пользуются русским языком и в быту, и в обществе. Сосуществование двух государственных языков, русского и осетинского, оказывает влияние на все сферы жизни: от семейного общения до международных связей.
«Мои дети понимают на осетинском практически всё, но отвечают по-русски, — с грустью конс-татирует Аза. — Говорю им: «Цæ-мæн нæ дзурут иронау? (Почему не говорите на осетинском?)». А они мне отвечают: «Бабуль, нам так проще».
Обратите внимание «проще» здесь – ключевое слово. Оно звучит в школах, где осетинский хоть и является обязательным предметом, но воспринимается порой как нагрузка, ещё один «иностранный». Оно звучит в игровых чатах, в социальных лентах, где контент на осетинском составляет каплю в море. Оно диктуется прагматическими соображениями: вузы РФ, карьера, техническая литература — всё это территория русского языка.
В Осетии очень распространена ситуация, когда в рамках одного диалога говорящие переключаются с одного языка на другой, используя осетинские слова для обозначения специфических культурных или семейных понятий и русские – для общих тем.
Разрыв поколений
Поколение родителей, подобных Алану и Марине, оказалось в ловушке. С одной стороны — долг перед национальными традициями, заветами предков, острая, боль от мысли, что язык с тысячелетней историей может превратиться в «музейный экспонат». С другой — родительский инстинкт – открыть перед ребёнком большие перспективы: инструмент для успеха. И этот инструмент великий русский язык.
Таким образом, осетинская семья сегодня – это мини-лабо-ратория по сохранению национального языка в условиях мощного влияния глобального коммуникативного пространства.
Одновременно с этим в этом же поколении зреет и тихий бунт. В соцсетях появляются паблики, которые создаются на осетинском. Молодые музыканты вплетают родную речь в хип-хоп и фолк-рок. Родители, осознав риски, записывают детей в языковые кружки, ищут репетиторов-энту-зиастов. Они пытаются создать саму среду – живое, актуальное, «крутое» языковое пространство, которой так не хватает на школьных уроках.
Глобальное значение русского
Важность изучения русского языка выходит далеко за рамки Осетии и России. Русский язык – один из шести официальных языков ООН. На нем говорят сотни миллионов людей по всему миру.
Во многих семьях в Осетии русский стал основным языком общения между родителями и детьми.
Он является языком науки и технологий. Российская наука имеет богатейшие традиции; огромный объем научной литературы, публикаций в области точных наук издается на русском языке. Доступ к этим знаниям напрямую открыт для носителей языка.
Русский – это язык великой литературы, музыки, театра и кинематографа. Знание русского позволяет приобщиться к этому пласту мировой культуры в оригинале. Кроме того, Россия предоставляет тысячи бюджетных мест для наших студентов в своих вузах, где обучение ведется на русском.
На всем постсоветском пространстве русский остается главным языком общения, является средством коммуникации для представителей разных стран.
Для жителя Осетии владение русским – это не просто удобство, это ключ к качественному высшему образованию, построению карьеры в любой точке России и странах СНГ, доступу к мировым научным и культурным ресурсам.
Язык – мост, а не барьер
После признания Российской Федерацией независимости Республики Южная Осетия в 2008 году связи между двумя государствами значительно укрепились. Языковая общность сыграла в этом ключевую роль.
Выпускники школ Южной Осетии имеют возможность поступать в российские вузы на равных с гражданами России условиях. Многие вузы предоставляют квоты для абитуриентов из Южной Осетии.
Ученые и исследователи из Южной Осетии активно сотрудничают с российскими академическими институтами. Проводятся совместные конференции, публикуются научные работы. Общий язык стирает административные барьеры.
Проходят общие фестивали, выставки, гастроли театров и творческих коллективов. Российские телеканалы и медиаресурсы доступны в Южной Осетии, что укрепляет общее культурно-информа-ционное пространство.
Русский язык в этом контексте выступает мостом, обеспечивающим интеграцию, развитие и открытость Южной Осетии миру.
В тисках цифрового века
В осетинском сегменте интернета и на общественном уровне по поводу двуязычия регулярно вспыхивают острые дискуссии. Между тем закон о государственных языках республики декларирует их равенство. Но жизнь вносит свои коррективы. Споры о расширении сферы применения осетинского в делопроизводстве или увеличении часов преподавания, вещания на ТВ натыкаются на суровые экономические и демографические реалии.
Семья Алана и тысячи других семей в Осетии стоят каждый день перед выбором: читать осетинскую сказку или включить русский мультфильм, сделать паблики в соцсетях на осетинском или русском?..
Двуязычие — это не диагноз, а потенциал. Но здоровым оно бывает лишь тогда, когда оба языка сильны и востребованы. Семья – главный оплот языка. Родители должны осознанно стремиться передать язык детям с самого раннего возраста, сделать его языком любви, домашнего уюта и традиций.
Только тогда через десять лет в похожей цхинвальской квартире внук Алана сможет легко переключаться с обсуждения нового гаджета на осетинском на рассказ бабушке русской сказки. А мост, ведущий в обе стороны будет прочным и надежным.
Сохранение осетинского языка и изучение русского – не взаимоисключающие, а взаимодополняющие задачи. Сильное двуязычие, когда человек в совершенстве владеет обоими языками, – это идеальная модель для современного осетина.
Человек, свободно говорящий на двух языках, обладает более гибким мышлением, шире смотрит на мир и имеет доступ к двум огромным культурным вселенным. Его личность обогащается за счет синтеза двух великих традиций.
Двуязычие в Осетии – это и вызов, и огромное преимущество. Русский язык является окном в большой мир, инструментом для образования, науки и международного диалога. Задача современного общества, каждой семьи и государства в целом – найти баланс: активно используя все возможности, которые дает русский язык. Одновременно с этим надо приложить все усилия для сохранения, изучения и передачи будущим поколениям бесценного сокровища – осетинского языка. Только так можно сохранить уникальную осетинскую идентичность в бесконечно глобализирующемся мире и воспитать гармоничную, многогранную личность.
Залина Цхворебова